1835
январь
февраль
март
апрель
май
июнь
июль
август
сентябрь
октябрь
ноябрь
декабрь
 
1
2
3
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
Главное

Недавно известный адвокат и любитель истории В.И. Ревенко нашёл в своём огороде на улице Корюкина кованое железное ядро, которое, судя по всему, было выпущено защитниками Симбирского кремля по разинским войскам осенью 1670 года.

С давних пор Волга славилась своими вольными людьми и знаменитыми разбойниками. Ещё в XVI веке, после разгрома Московским государством Казанского и Астраханского ханства появляются на Средней и Нижней Волге в большом количестве любители поживиться чужим добром. Так, например, Ермак со своими друзьями начинал свой путь именно здесь, в наших краях, в Жигулях. Потомки Ермака и поныне живут среди нас.

Не менее знамениты Разин и Пугачёв, которые родились в одном месте – в станице Зимовейская (после подавления Пугачёвского восстания была переименована в Потёмкинскую и перенесена).

Имя Разина вошло во многие песни и предания, а в нашем городе вытеснило имена Петра и Павла в названии спуска к Волге. Но следы пребывания Разина в Симбирске сохранились не только в топонимике города. Недавно известный адвокат и любитель истории В.И. Ревенко нашёл в своем огороде на улице Корюкина кованое железное ядро, которое, судя по всему, было выпущено защитниками Симбирского кремля по разинским войскам осенью 1670 года. Действительно, размеры и вес ядра соответствуют тем ядрам, которые были на вооружении в Казанской и Наугольных башнях кремля (согласно росписному списку Симбирска 1670 года). А что касается места находки, то расстояние вполне соответствует дальности стрельбы тех пушек (1–1,5 км).

Где же располагались разинские войска, которые на второй день осады Симбирска заняли острог, с которого и пытались в течение месяца захватить кремль? В краеведческой литературе довольно распространена версия, что острог находился в подгорье Симбирска. Так, например, если обратимся к книге Мартынова «Город Симбирск за 250 лет его существования», то прочитаем, что «Милославский …заперся, с частью войска, в кремле; жители, бывшие под горой, в остроге, тотчас-же передались мятежникам, впустили их в острог и вместе с ними предались грабежу и убийству. Стенька Разин укрепил острог, окопал его высоким земляным валом, поставил пушки и начал вести правильную осаду кремля, так как иначе его нельзя было взять».

Также у Невоструева читаем: «Разин обложил Симбирск с Волжской, подгорной стороны… Разин под горою сжёг и разорил мужской Успенский монастырь и жилецкие дома и обложил также деревянный острог, в котором находились стрельцы и люди разного звания. Через два дня, 6 сентября, после упорной защиты острог этот был взят, причём много людей побито и 300 человек захвачено в плен. Прочие ушли на гору в рубленый город, или кремль».

Но если считать, что острог находился внизу, под горой, то возникает ряд необъяснимых мест. Для того чтобы разобраться в этом вопросе, обратимся к документам, по которым можно попытаться детально восстановить картину осады разинцами Симбирска в сентябре-октябре 1670 года.

Первое из них известное письмо полкового воеводы князя Юрия Барятинского об отступлении от Симбирска после боя с Разиным:

«В нынешнем, государь, во 179-м году сентября в 4 день пришёл вор Стенька Разин с своими единомышленники ворами под Синбирск стругами. И ночью обшёл Синбирск и стал выше Синбирска за полверсты до города…». Далее он пишет, что под утро разинцы пошли на приступ, однако Барятинский, выдвинувшись своим полком, напал со стороны «сажень з десять не допустя к городу, прискакали к нему на дула пищалное, стрелба такая быть почела безпрестанно, и к городу приступить не дал. И они, государь, поворотясь всеми своими силами от города, нас многих переранили… и тот, государь, день бились мы, холопи твои, с утра и до вечера… и стоял я, холоп твой, полком всем на одном поле с ним сутки, и на меня, холопа твоего, не смел приходить. И того ж, государь, дни в вечеру приходили на меня, холопа твоего, часу в 3-м ночи. А я, холоп твой, стоял в поле, ополчась, и бой у нас ночью был великай. (…)

И наутрея, за полчаса до света, почели приступать воры к городу, поговоря и сослався с синбирены: на котором месте стояли синбирены, против тех прясел воры и пришли; и стреляли синбирцы по них пыжами и в острог впустили. И хто в остроге был, всех посекли. Казаки почели приступать к городу, а синбирены почели сечь людей боярских, хто тут был… А я, холоп твой, со всеми ратными людьми к ним приступал, и они меня, холопа твоего, без пехоты не допустили к городу, и сели по крепким местом и пушки привели, [и] безпрестани по нас стреляли. (…)

А окольничей Иван Богданович Милославской сел в Малом городке, а с ним головы стрелецкие с приказы и Агеева полку салдаты и иных чинов люди. И Малой, государь, городок крепок, вскоре взять не чаю, только безводен, колодезев нет, и они до тех мест воды навозили много».

Малый городок – это и есть обозначение Симбирского кремля, размеры которого мы знаем довольно точно. Так по описанию 1702 года внутренние размеры Симбирской крепости составляли около 192 м на 176 м.

Учитывая, что северная стена кремля проходила на линии, соединяющей памятник Марксу со зданием краеведческого музея, то южная стена проходила между памятником Ленину и зданием госпиталя. В описании 1648 года также указано вполне определённо: «А бытии новому Синбирскому городу мерою и с башнями четырёх сот сажень» (т.е. внешний периметр кремля составлял около 850 метров). Что же представлял из себя острог и где он располагался?

Обратимся далее к другому письму, где князь Урусов рассказывает, как происходило сражение Барятинского с Разиным 1 октября в районе бывшей Конно-Подгородной слободы (ныне территория 18–19 микрорайона):

«И вор де Стенька Разин, собрався с ворами з донскими казаки, и с астараханскими, и с царицынскими, и с саратовскими, и с самарскими ворами, и с изменники с синбирскими, и по черте изо всех городов с ворами из розных городов, с татары и с чювашею и с черемисою и с мордвою, с великими силами почел на него наступать. И он де со всеми твоими великого государя ратными людьми разобрався и устроясь, против вора Стеньки Разина пошёл и с ним сшёлся сажень в 20-ти, и учинили бой и на том бою ево, вора Стеньку, сорвали и прогнали. И собрався он, вор Стенька, со всеми силами, с конными и пешими людьми и с пушками, и пришёл к нему и учинил с ними бой, что люди в людех мешались и стрельба на обе стороны из мелкова ружья и пушечная была в притин. И милостию божиею и знамения пречистые богородицы помощию, и заступлением Сергия Радунежского чюдотворца… тех воров побили бесчисленно много. А ево, вора и крестопреступника Стеньку, само во было жива взяли, и рублен саблею, и застрелен ис пищали в ногу, и едва ушол. А изымал де было ево алатарец Семён Силин сын Степанов, и тот де Семён над ним, вором Стенькою, убит... а вор де Стенька з достольными людьми побежал к валу [и] башню запер. А бились де они с тем вором с утра до сумерек. И на том бою взято языков 120 человек.

И октября де в 3 день, зделав 2 моста на Свияге реке и переправясь за мост, пошёл того ж числа под Синбирск. И, пришед де под Синбирск с Крымскою сторону под город кремль, где сидел окольничей и воевода Иван Богданович Милославской с твоими великого государя ратными людьми, стал блиско города Кремля и Синбирск выручил и от осады свободил. А вор де Стенька Разин стоял по ту сторону города у Казанских ворот, а в остроге все воровские люди в собранье. И из города де выехал окольничей и воевода Иван Богданович Милославской и договорясь де с ним, что ему послать на воровской обоз окола города, а окольничему и воеводе Ивану Богдановичю Милославскому послать на выласку из города. И на тех посылках тех воров побито много, и ис шанец от города отбили. И как посыльные люди от города отошли, и он, вор Стенька, из острогу к городу из-за валу приметывал приметы великие и зажигал.

И он де в ночи посылал полковника Андрея Чюбарова с полком и велел чинить окрики от Свияги реки, чтоб ему, вору, из мешать и люди б все к городу несобрались. И на нево де, вора Стеньку, пришло такое страхованье, что он в память не пришёл и за 5 часов до свету побежал в суды с одними донскими казаками. И астраханцов, и царицынцов, и саратовцов, и самарцов покинул у города и их обманул, а велел де им стоять у города и сказал им, бутто он пошол на твоих великого государя ратных людей, которые с товарыщем моим, с окольничим и воеводою со князем Юрьем Никитичем Борятинским. И как он, вор Стенька, побежал от Синбирска в судах, и он де с конными людьми вышел на поле и стал окола города, а пехоту пустил на обоз вора Стеньки Разина и в острог. А окольничей де и воевода Иван Богданович Милаславской со всеми твоими великого государя ратными людьми вошёл в острог же, и воров и изменников, которые под городом были в остроге, побили наголову да языков взяли больши 500 человек. А которые де пробивались к судам, и тех в Волге всех потопили. А было де с вором Стенькою воровских людей и казаков с черты и из уездов з 20000. А есть ли бы де, государь, не зажгли острогу, долго б было около их за многолюдством ходить. А как бы де он того числа к Синбирску не поспешил, и Синбирск бы был взят…».

Итак, что нам дают эти письма? Во-первых, то, что высадка разинцев происходила выше города, т.е. севернее, где-то в районе старой пристани (верста в XVII веке соответствовала почти 2 км). Во-вторых, не очень понятно, как могли разинцы кидать зажигательные снаряды из острога в город (о чём говорится в письме Урусова), если предположить, что острог находился под горой. Но при этом в другом месте письма об этом сказано вполне определённо: «А вор де Стенька Разин стоял по ту сторону города у Казанских ворот, а в остроге все воровские люди в собранье».

Таким образом, анализ отчётов Барятинского и Урусова доказывает, что Симбирский острог находился с северной стороны от кремля, т.е. на территории от здания Карамзинской библиотеки до сквера Карамзина и далее в сторону Мемцентра. Это обстоятельство объясняет и то, что именно здесь, с северной стороны от кремля, при строительных работах попадаются массовые захоронения разинцев, погибших во время его штурма и захороненных в братских могилах по приказу Разина: «и тех побитых воров, Стенька велел хоронить в ямах...».

Владимир Гуркин

«Мономах», 2009 г., №4(59)

Поделиться Обсудить